Нет, ничего. Мы не родственники и даже не однофамильцы.

Да нет. Просто я уже вышел из окружения.

В моём окружении нет людей.

Рассерженные христиане? Отличный постмодернистский оксюморон.

Спасибо за наблюдение. Со времён того поста прошло семь лет. Художественные средства ушли далеко вперёд.

Кичиться чем-либо вообще не очень хорошо. Мода же на «занятость» появилась из-за того, что работа стала одним из главных способов самореализации, а занятого человека другие считают «достойным членом общества». Так как результаты работы у всех разные, то меряться остаётся только тем, кто больше вкалывает.

Офисным сотрудникам остаётся меряться вложенными часами и длинными рабочими вахтами, хотя даже им самим очевидно, что дело вовсе не в часах. Но всё равно потраченное время остаётся одним из самых заметных и наглядных способов продемонстрировать самоотдачу и жертвенность.

Поэтому и «трудоголизм» это тоже плохо, так как означает либо плохую организацию, либо низкую производительность труда (или и то, и другое). Исключения в виде тех, кому нравится много работать, бывают, но они не особо демонстрируют свою загрузку, скорее, её заметно по тому, что человека сложно поймать в режиме ожидания или непродуктивного отдыха. Здесь мы приходим к другой крайности: избыток свободного времени, когда человек не знает, на что его потратить (и может позволить себе пострадать о тщетности всего сущего) — тоже плохо. Так что вся красота и совершенство жизни лежат в балансе.

Парадокс вот только в том, что максимальная нестабильность, разрушительная сила вдохновения и увлечения — наоборот, в крайностях, неврозах, неудовлетворённости собой и желании или ничего не делать, или делать что-то сверх всякой меры, до помешательства. В таком режиме нужные для совершенства десять тысяч часов пролетают совершенно незаметно.

Что же до эмоций, то они, конечно, являются важной частью жизни, но в контексте того вопроса, к которому вы вольно или невольно отсылаете, эмоция играет роль скорее признака лишнего времени (потому что грусть «не по делу»), чем чего-то осмысленного.

Но это не значит, что не бывает ситуаций, когда полное проживание происходящего гораздо важнее — именно поэтому для меня важно в некоторых эмоциях оказываться целиком, убрав все внешние раздражители. Выключать телефон в кино или при общении с кем-то — не потому, что он помешает другим, а потому что он выдернет меня из происходящего, собьёт настроение. Ставить личную жизнь выше работы — не потому, что работа не важна, а потому что личная жизнь гораздо сильнее влияет на моё ощущение счастья и комфорта. И так далее.

У вас есть время на грусть? Завидую!

Я подозреваю, что вы уже его нашли, но если всё ещё нужно — urbansheep@gmail.com

У меня никаких вопросов к вегетарианскому образу жизни нет, а вот отношение людей к тому или иному лагерю и проявление эмоций очень наглядно показывает их изнутри. Это не хорошо и не плохо, это личный выбор человека, а вот как он его обосновывает — это отдельный интересный вопрос.

В том перечислении как раз такие «пограничные» темы и приведены для примера: бессмысленно спрашивать нового человека о нейтральных вещах, не имеющих какого-то принципиального значения, которые не вызывают эмоционального отклика. Гораздо важнее знать, где у собеседника острые углы и больные места, чтобы заранее понимать, как и где с ним нужно вести себя особенно аккуратно и внимательно.

*

... И всегда так делаю.

Пять вопросов — это какой-то смешной паллиатив, вроде определения социотипа и темперамента по цвету шнурков.

Мне важно знать про человека всё. Поэтому пятью вопросами не обойтись. А на старте обычно достаточно задать один невинный вопрос про какую-нибудь текущую болезненную общественную тему — политика, мода, культура, воспитание, образование, отношения людей, эволюция нравов. И человек сразу всё нужное выдаёт сам — и свои позиции, и свою терпимость или нетерпимость к альтернативным точкам зрения, и кругозор или спектр интересов.

Что актуально, про то и спрашиваем. Pussy Riot там, стоимость съёмных квартир в городе, вегетарианский образ жизни, тотальный непрофессионализм или грядущая инаугурация Вечного Правителя. Если нам повезло, и собеседника это всё мало интересует, переходим к работе-образованию-культурным кодам. И так, шаг за шагом, набираем для каждого свои уникальные «пять вопросов».

Несовпадения выявляются очень быстро.

*

Не хочу показаться бестактным, но в русском языке после запятой ставится пробел. Без исключений.

В архитектуре я агностик и космополит, не разбираюсь и потому не задумываюсь. Впрочем, «сталинский вампир» и американский ар деко, готика и Гауди мне нравятся внешне сильнее, чем конструктивизм (и пост-, и всё остальное). Но это очень незначительное «нравится», мне сложно привязываться к стилям. Поэтому я обычно избегаю оценок — то, что мне кажется _странным_, вполне может быть сверхпрогрессивным некрофундаменталистским маркадо-зиггуратом, выполняющим и свою эстетическую, и культурную, сакральную и функциональную задачи на 180%.

Кто я такой, чтобы выносить ему оценку? Ещё один неграмотный житель?

* * *

Я живу в круглом доме из железобетонных панельных блоков и меня даже Пётр Первый посреди Москвы-реки не раздражает (поэтому я с некоторой осторожностью смотрю на людей, которые с пеной у рта рвутся разобрать парня со штурвалом; мол, «когда мы придём к власти», да-да; Церетели на рею!). Поэтому у меня нет нормального ответа на вопрос «что тебе нравится».

Есть эстетика — и тогда это Нью-Йорк и сталинский центр Москвы (Сокол, МГУ, Кутузовский). А есть функция и «комфортный мир» — тогда это стеклянные недонебоскрёбы, восемнадцатый или двадцатый этаж, панорамное остекление, и квартиры-студии внутри. Потому что мне нравится много «визуального» пространства, крыши и высотки, но ещё не в поднебесье. (Хотя вся их прелесть в полный рост чувствуется лишь во время сорокаградусных летних температур, конечно.)

*

Нет. )

Я не понимаю этот вопрос, простите.

<продолжение>
«... разговоры о поведении, походке, манере говорить, умственных способностях и т.д. Я это к тому, что на мой взгляд, если девушка откровенно неприятная на лицо (даже в моих вкусовых рамках), но тело например суперхат, я всё равно её не захочу.»
</продолжение>

Во-первых, зачем отбрасывать «все эти разговоры»?

Во-вторых, человеческое сексуальное поведение очень разнообразно. Тех, кто реагирует на внешность своего партнёра — пока ещё большинство, но «девиантная группа» постепенно растёт, потому что с каждым упрощением нравов становится шире круг потенциальных партнёров, легче искать тех, кто соответствует вашему личному набору фетишей.

Что же до лица — в общем случае, конечно, человеческие существа ориентируются по чертам лица (потому что это самое заметное выражение генотипа). Но не всегда и не для всех это определяющий фактор. Чтобы понять это, пойдите на денёк с камерой подежурить у выхода ближайшего ЗАГСа, сделав вид, что вы пресса или вольный фотограф. В суматохе вас вряд ли заметят, а вот вы сможете увидеть, что далеко не все невесты (даже при макияже, с укладками и в эпических платьях) хотя бы миловидны. К некоторым само собой липнет определение «Свинина Петровна», скажем.

То, что у вас так — не значит, что у всех так. Число не модельно красивых, но успешных (в эволюционно-семейном понимании) женщин, кажется, больше, и «за красивые глаза», конечно, часто влюбляются, но нередко увлекаются и высоким ростом, характерным тембром голоса или особым запахом.

По поводу «откровенно неприятных» ответ тоже совершенно простой — внутренний фильтр в мозгу, подбирающий партнёра по набору схожих-различных черт, вам в этот момент говорит «с этой девочкой у нас будут какие-то странные дети, не хочу с ней размножаться, у меня на неё не стоит». Но так как вы на этапе знакомства и вам ещё не до детей, то специально для вас это переводится на простой и понятный язык — фраза урезается до «бе-е, ты сдурел штоле, крокодил, не, не стоит!» Понятная биологическая реакция.

Поэтому не надо бросаться в крайности — внешность это не единственное, что важно для совпадения, и в то же время без совпадения внешнего вида партнёра с вашим личным вкусом не обойтись. И это не «абстрактная красота», а конкретный размер скул и глаз, пропорции носа и губ, высота лба, качество кожи, которые вам лично нравятся. Половой отбор так просто не проведёшь, у него за плечами сотни тысяч лет практики.

*

Я не вхожу в аудиторию телевизора, простите. То, что мы с ним живём в одном доме, приводит лишь к тому, что я стараюсь проводить время где угодно, только не в помещении с этим утомительным ящиком. (Ну, или наушники, и беруши.)

Подведённый к нему цифровой тюнер и 95, или сколько там в младшем пакете, каналов ситуацию не улучшили, поэтому увы.

Прежде, чем понять этот вопрос (с помощью гугла, разумеется), первая реакция: DAFUQ?!

Спасибо, а у вас очень красивые рукодельные штуки.

Fuck yeah! Да, конечно, я зануда.

(См. также http://untitled.urbansheep.ru/post/372709800)

До меня совсем недавно дошло, откуда всё это «занудство» идёт вообще. Все, кто со мной более-менее живёт в офлайне, знают, что я мастер продалбывания примерно всего — от паспортов до критических дедлайнов. И при этом зануда. Как это сочетается, для людей загадка до тех пор, пока они не узнают одну из пяти страшных урбаншипских тайн: ту, что про дефицит внимания.

Я забываю всё, что мне не интересно. Но если забывать всё, то рано или поздно получаешь какое-то невероятное количество проблем на свою голову. В итоге либо приучаешься как-то жить с собственной рассеянной невнимательностью, либо смиряешься с тем, что твоя жизнь будет полна страданий и ужаса всегда, а не только в те моменты, когда ты что-то продолбаешь.

Это и привело к гиперкомпенсации. Я забываю всё, но при этом хорошо замечаю детали. Это значит, что у меня нет сложностей с тем, чтобы на что-то внимание направить. Сложности — с концентрацией и удержанием этого внимания.

И ещё у меня в голове встроенное устройство для решения дурацких задач. Это устройство обычно получает на входе проблему, и советует решение. Для забывчивости решений нашлось два:

1) Экономить внимание за счёт привычек и автоматических реакций.
2) Проскакивать взглядом по всем возможным интересным и важным деталям вокруг, на случай, если что-то было забыто раньше.

Про привычки понятно из названия, а вот скользящий взгляд — как раз причина занудства и недовольства. Так как любой заметный или неровный угол привлекает внимание, то для того, чтобы нормально сдвинуться с места, нужно сделать «всё нормально». Либо сделать ошибок столько, чтобы было понятно, что туда даже лезть не стоит, а только переделывать всё заново.

Так как «контрольный взгляд» вошёл в привычку, то все мелкие ошибки фиксируются автоматически, а потом _отвлекают_. И избавиться от этого, конечно, можно, но бессмысленно — пользы больше, чем вреда.

Замечание про «забываю всё, что мне не интересно» — оно важное, да. Серьёзные, но не интересные или не критичные ошибки я забываю или не замечаю вообще. Какие-то привычные опечатки или ошибки остаются в текстах, и я их выправляю через месяцы и годы, когда перечитываю тексты (и хватаюсь за голову иногда, это правда).

*