-
-
Безумно. Я вообще не умею этого делать, что доставляет мне немаленькие проблемы.
-
Возможно, это упоминалось в контексте Оазиса или Радиохэд. Никакой классификации на самом деле нет, всё, что я слушаю, можно наградить ярлыками "мажорная классика, в которой я не понимаю ничерта", "французское говно, которое я слушаю исключительно из-за того, что оно французское", "испанское народное говно, которое кроме меня никто не понимает и слушать не может", "унылое говно из оперы вышеупомянутых Oasis или Radiohead, которых я не выношу, но раз в полгода накатывает" и самая малочисленная категория "что-то сравнительно нормальное".
Как-то так. -
Конечно. aekonovalova@gmail.com
-
Он неплохой, но не более того. Слишком медленный, чтобы быть нескучным, интересным или хотя бы живым, недостаточно медленный, чтобы добиться "ритуальности" Жене, на что был намек, и достичь медитативности Космической одиссеи, на что явно была заявка. В итоге хотелось всего и сразу, но не вышло ничего из этого: ни психологического "препарирования" человека в клинической депрессии, ни взаимоотношений сестер, ни фильма-катастрофы.
Меланхолию, правда, красиво отрисовали, да и помятая Данст чертовски хороша собой. И все. -
О, какие анонимы пошли, даже твиттер мой читают :) Приятно, однако.
Еще до просмотра Меланхолии я наткнулась на информацию, что на создание фильма очень повлияла переписка Триера и - ВНЕЗАПНО - Пенелопы Крус, в которой активно обсуждались "Служанки" Жене. Из них выросли образы обоих сестер, одну из них даже так и зовут - Клер. (Вторая, кстати, в честь десадовской Жюстин.) Образы, правда, претерпели такую трансформацию, что от Жене не осталось ничего, но, скажем, два раза повторенная фраза "Как я тебя иногда ненавижу" или что-то в этом роде с явным таким напором на нее - оно, родимое. И кое-где просто в отношениях сестер проскальзывали знакомые нотки. -
Прелестно. Ожидая своей очереди на сдачу, ужу в кабинете играли в города. Сдавалось легко и непринужденно, пятеркой обязана дорогому Кюхельбекеру, так героически спасшему меня на дополнительных вопросах.
-
Во-первых, у меня в голове милый Саша Пушкин и тот человек, чьи портреты вешают в кабинетах литературы - два разных человека. Я слишком сильно люблю его как образ, как персонажа, как человека, если хотите. Это создает проблемы.
Во-вторых, я не такой уж сильный поклонник его творчества. Есть определенные вещи, которые я у него люблю до дрожи в пальцах - Моцарт и Сальери, Медный всадник, некоторые стихотворения, да тот же Евгений Онегин... Есть вещи, которые я на дух не переношу, к примеру, Полтава или Капитанская дочка. Есть вещи, которые мне кажутся откровенно слабыми - скажем, ранние поэмы, - но где я и где критики.
И я абсолютно не понимаю культа, обожествления, кумиротворчества, повально существующего вокруг него. Не выношу. Доводит до бешенства. -
Спасибо!
Подготовка трагично. С Пушкиным у меня отношения очень сложные и в данный момент не клеятся совсем. А с его друзьями чуть получше, но я их всех так и не начала различать. Если сдам выше тройки, буду счастлива. -
Читаю много чего одновременно. У меня начаты некий японец по имени Осаму Дадзай и сборник пьес Жана Жене. Только что дочитала Артюра Рембо, присем все, что нашла в двух домах - кажется, вообще все переведенное. А в последние два дня меня ударило по голове, и я активно села за Уайльда - Саломея, стихи, Баллада Редингской тюрьмы, все дела. Раз в сотый.
Помимо Содома и Гоморры праздничных шоу, которые невозможно не смотреть, потому что они из каждого тапка орут, смотрю унылое и тупое How I Met Your Mother, которое мне не нравится, но на которое я подсела, нового Шерлока и в свете вспыхнувшей, как можно увидеть из вышесказанного, любви к Рембо и Уайльду, пересмотрела "Полное затмение" и "Уайльда".
К тому же в этом году в первый раз в жизни захотелось посмотреть Иронию. И она даже хорошо пошла. -
Если вы, дорогой анонимус, о прошлогодних, то они были весьма банальны, скучны и прозаичны:
опубликовать что-нибудь под своим именем;
опубликоваться на бумаге;
опубликовать несколько переводов без, хм, протекции;
начать зарабатывать деньги;
прочитать 100 книг за год;
доперевести "Ветер на холме";
научиться вязать;
снова попасть в Новгород;
выучить Asturias Альбениса на гитаре;
научиться играть на кастаньетах;
разобраться с кашей в голове.
Как видите, выполнила я всего три из одиннадцати - научилась вязать (да и то плохо), прочитала ровно сотню книг и чуть-чуть попубликовалась под своим именем.
Если же вы про новые, то их пока нет. -
Не имею ни малейшего представления. В зачете две части (пунктуация и теория), и я умудрилась провалить обе. Теория-то ладно, я до сих пор не понимаю, зачем мне знать, какое это предложение, номинативное или именительное темы представления, если я знаю, как его правильно написать. А с пунктуацией все совсем странно, никогда с этим особенных проблем не было.
Марсиане, видимо. -
В какой-то момент тебе очень нравился дон Хуан. Который Антонио. Который Марк Пужоль.
-
Почему-то первым пришел в голову тот факт, что в Испании вплоть до тридцатых годов в деревнях траурным цветом считался белый.
Но не обращайте внимание, у меня просто настроение такое. -
В какой-то момент наткнулась на "Белое на черном" Гальего, проревела над ней трое суток. Это считается ответом на вопрос?
И, как ты уже знаешь, давно мечтаю выучить язык жестов и как-нибудь поработать в соответствующей сфере. -
Me likes correcte Inglish langvage.
-
Всё равно эта голосовальня не будет иметь ни малейшего отношения к реальному содержанию бюллетеней, так что процесс проставления галочки влияет только на вашу совесть. Поэтому голосуй, не голосуй, всё равно получишь сами знаете что.
-
Я же говорила, я идеалист. И ты в какой-то степени права, модель хороша в голове, а на практике сложности.
Но я видела подобные примеры. Их мало, очень мало, но они есть, и на самом деле видно, что никакой тайной ревности нет. Но где такие возлюбленные берутся, а?
-
Anna’s Bio
Dreamer. Grumbler. Procrastinator. Bookworm. Tragically lost somewhere in the XX century.




