-
All responses Most smiled responses
-
каждый обречен на романтический исход отношений с миром - "...и умерли в один день".
-
миграция сама себя оправдывает, а место - пусть будут разные места. нью-йорк, конечно, впечатляет, здесь хорошо работается, и постоянно есть художественное чувство, но после двух лет скитаний я думаю уже не о том, где остаться, но чем продолжится дорога.
-
Выставка, конечно, та ещё, но это тут не важно – запрет возмутителен. Что меня разозлило, так это хомячье кокетство в реакции Центра визуальной культуры НаУКМА: «Надеемся, такой необдуманный шаг представителей университетской администрации является следствием временного недоразумения». Какое, блядь, «временное недоразумение»? Да говорите же вы прямо: НаУКМА является ебаным бункером фашистов в центре Киева. И Квит – Рейхсюгендфюрер. Всегда он был фашистом – это что новость? Такие должны в «кнайпе» «канапку» подавать польским туристам, а не занимать какие-либо должности в учебном заведении. Этот миф про университет европейской интеллигенции уже даже не смешон, там же разве что портье на КПП не зигует, а так, что не рожа –14\88. В самом факте закрытия выставки на территории этой базы Веревольф нет ничего необычного. Политическая реакция и авторитарная культура всегда были и будут против сексуальности, поскольку сексуальность оппозиционна несвободе. Националисты не бывают разными. Каждый из них заслуживает своего Нюрнберга. Сегодня необходимо прекратить вот эти полумерные: «Мы требуем вернуть выставку». Это не требование. Это попрошайничество. Искусство не должно спрашивать разрешения. Назвал «говном»? Ну так тащите реальное говно, пусть там сегодня пахнет правдой. Украинский флаг, измазанный говном, – вот что нужно сделать: Украина давно коричневая. Если мыслящие студенты Могилянки не поднимут антифашистское сопротивление, то так и будут обучаться ползком под сраной свастикой. Что до художников – только запрещенное, только провокационное, только то, что против бога, церкви, нации и прочего набора консервативных ядов – только это может быть актуальным искусством в условиях правой репрессии.
-
Комнату James Turrel в MoMA PS1, Long Island City, New York
-
проект kikokoko лёг в основу концепции пространств луча (http://www.looo.ch/2012-02/737-prostranstva), и, не исключено, ещё возродится в той или иной форме.
-
Безотносительно любви и дружбы, всего пройденного вместе пути и едва не телепатической связи, которая существует между нами, Машарова олицетворяет для меня красоту и ужас природы. В войне и согласии, её влияние на меня колоссально, хотя я и силюсь отмежеваться от неё пафосом своего отчаянного эго.
Машарова за пределами всех мужчин и женщин, и я говорю это с некоторой тревогой. Если с большинством меня связывает творчество, страсть, случайность, то с Машаровой – само Всё, изначальное и неделимое. Это не милый пикник. Это космос здесь и сейчас.
О, как же обманчиво это инфантильное тело! Её реальность становится наглядной лишь во взгляде, её фотографиях, от которых мне физически не по себе. Я не люблю их. Любить можно кошек, цветы и все те беспечные сюжеты, которыми занимается отворачивающееся от вечной ночи большинство, включая, подчас, и меня. Но кадры Машаровой… они пленят и душат миллионом чёрных лап. Я восторгаюсь их сумрачной красотой, но этот восторг – восторг в паутине, где ты уже получил фатальную инъекцию от голодного паука.
Лунный демон свободен в редких женщинах, и никогда в мужчинах. Никогда мужчина не нырнёт во тьму так глубоко, поскольку все его тысячелетия – это паника перед хтоникой. Мужское искусство – неизбежно трусливо, – земное и безопасное. Женщины, впрочем, всё чаще кастраты цивилизации мужчин, просто квакающие писечки, созданные для покорных оргий.
Художник и дьяволы Машаровой по-прежнему в сговоре с хтонической тьмой; две острых и леденящих луны глядят из глазных прорезей в её мультиплицированном лице. Фотография, рожденная светописью, в её случае является даже не взглядом во тьму, но взглядом самой тьмы.
Фотографируя меня, Машарова становится мягкой и любящей, как если снова человек, но стоит ей Распахнуть…, глянуть на всё прочее – тут же возникает эта жуткая сова, это незримое присутствие во мраке, это созерцающее с ветвей Ничто.
Я искренне боюсь оказаться во мгновении, когда Машарова посмотрит на меня тем взглядом, которым она смотрит на весь остальной мир. Это взгляд жизни, объятой смертью; взгляд, изничтожающий покой, вскрывающий реальное за видимым, подлинное за напускным. Даже фото подснежника в её случае сопутствует загробный ветер и дыхание черноты. Когда она смотрит, она видит. Иногда это просто невыносимо!
При этом, её искусство – не искусство депрессии, «зла» и уныния, но искусство утверждения жизни посредством мортального акцента. Наиболее ценные кадры – те, что расправляются с иллюзией контроля и упорядоченного бытия; иллюзией, что свет способен раз и навсегда рассеять тьму. «Да, Смерть!» – это так про неё.
Короче говоря, с Машаровой я чувствую себя Дионисом, которому Кибела открывает свои мистерии и ритуалы инициации. -
-
То, с какой настойчивостью российская либеральная пресса навязывает «правого либерала» Навального, ещё раз доказывает, что психо-культуральная фашизоидность пропитывает все слои российского общества. Т.е. даже те, кто сегодня обладают статусом прогрессивной оппозиции кремлевским кхмерам являются частью того процесса, который производит авторитарные явленности. В этих людях нет революции, но это не означает, что они не способны на столь необходимый сегодня переворот.
В фигуре Навального находят консенсус сепарированные группы, и это очень интересно, как если он является симптомом либерального влечения фашизоидных масс. Вся провоцируемая помпа вокруг него обнажает тот факт, что российские либералы – это умеренные правые, которые оперируют левой риторикой. Но и они, как видим, вдруг зажелали свободы. В контексте исторической юродивости всего российского это, безусловно, достижение.
Здесь, впрочем, следует осознавать и риски. Нет ничего более хитростного и рискованного, чем «правый либерализм». Это всё равно, что перевозить нитроглицерин на эпилепсирующей лошади. С другой стороны – быть может, именно это является своего рода продолжением ленинской концепции переходного этапа, когда мгновенное освобождение невозможно, и единственный путь – социализация диктатуры, ориентированная на её упразднение.
Текущая историческая задача России предельно ясна – Путин не должен стать президентом. ЕДРО должно быть низвергнуто. Не стоит обманываться и полагать, что переворот будет революцией. Переворот не обеспечивает освобождения, но способен устранить одну из преград на пути к таковому. -
Ситуация, когда левый художник получает из рук левого критика премию от олигарха, является исчерпывающим изобличением той реальности, в которой она происходит. Парад лицемерия логично проистекает из природы изолированной мещанской провинции, где уже никто никому не возражает.
Происходящее в украинском искусстве лишено культурного значения. Если и наблюдать за всем этим, то разве что как за тонущим кораблем, на палубе которого клубни безликих овалов бросаются в золотую пудру.
У меня нет претензий к Пинчуку. Он последователен в том, чтобы растапливать художниками печи своей репутации.
У меня нет претензий к Кате Деготь. Она уже не является критиком, поскольку, в погоне за сытой либеральной пенсией, лишилась необходимых для этой профессии зубов и смелости, превратилась в свадебного генерала, а значит – может вручать что-угодно, где-угодно и кому-угодно.
У меня нет претензий к Кадану. Безотносительно пугающего отсутствия в нём самоиронии, мне давно понятен и сам Кадан, и его мёртвое искусство. Он последователен в эксплуатации политической конъюнктуры. Когда-то это была Оранжевая революция и либеральные деньги Фонда Сороса. Сегодня это олигархические деньги ПАЦ и Фонда Ахметова, которые, как и Кадан, понимают, что заигрывание с модой на левое обеспечивает лояльность молодой либеральной публики.
Быть левым за деньги олигархов – это вообще ключевой арт-тренд времен финансового кризиса. Тут, конечно, не стоит обвинять художников в том, что они беспринципные и малодушные бляди, обслуживающие интересы папиков разного калибра. Это ведь не новость, а их историческое свойство. В конце концов, живое искусство оправдывает любую сволочь. У Кадана не получается живое искусство, но зато оно получается у Жанны Кадыровой, чьи асфальтовые пластины, всё за те же олигархические деньги, являются пронзительным художественным высказыванием, которое увлекает посмотреть на город новым, чувственным глазом.
Единственное, к чему у меня есть претензии, так это к прискорбным ссыкухам, которые пишут сегодня об искусстве в Украине. О чём все эти тёлки и залапанные журналишки типа «Art Ukraine», провозглашающие своих меценатов «самыми влиятельными персонами искусства»? Почему единственное место, где публикуются отчёты с выставок – это светская хроника? Где новые имена? Вам всем самим не скучно в этом круговороте повторений и абсолюте одинакового дня?
Шесть лет я был искренним зеркалом фонтану говна, поэтому сегодня даже поддакивающие ему зрители не возмущают меня так, как секретарши под видом арт-критиков; трагедия патологического и регрессивного отсутствия острой и адекватной оценки происходящего. Даже спустя всё это время я не могу оставаться спокойным, когда натыкаюсь на рецензии в духе: «Стать новым "карманным художником" ПАЦ на международной арене ему [Никите Кадану] явно не суждено […] его мировоззрение слишком радикально противоположно тем ценностям, которые проповедует ПАЦ, и самой идее современного искусства как олигархического хобби». Это критика или минет вслепую?
Происходящее сегодня целиком и полностью соответствует моим предсказаниям в тексте «Хуевые победят» (2009): http://dadakinder.livejournal.com/1077740.html. К сожалению, я не промахнулся. -
Я не могу писать под музыку, зато под музыку я вижу. Она является для меня лучшим средством инспирации визуальных образов. Без музыки в моей голове одни лишь лысые мысли. С музыкой – уже кино. Слушая тот или иной трэк, я всегда придумываю клип; реальность расцвечивается воображением.
Касательно предпочтений, они непостоянны и разнородны, но кое-что перечислено вот тут: http://www.facebook.com/dadakinder?sk=info -
Если вы не боитесь встретить кого-то другого...
-
asked by GreenTomat
Я эго-истероидный садомазохист с уклоном в депрессивно-эксгибиционистский нарциссизм, и поэтому просто не способен испытывать чувства зависти, ведь завидовать кому-то, значит, умалять иллюзорную значимость своей мизерной жизни. Каждый из нас живёт в неповторимом ужасе, а потому не стоит примерять судьбы друг друга. Мне не нужен чужой ад. Я бы не хотел быть никем, кроме себя. А вы?
-
-
К счастью, нет, ведь я там ещё даже не ничто :)
-
Я видел агитационный ролик OccupyUkraine. Там в конце возникает слоган: «Требуй перемен!». И вот спрашивается, блядь: У кого?
В моём представлении социальное движение не имеет смысла, если в его основе нет готовности масс, во-первых, принять ответственность, во-вторых, покончить с авторитарной культурой в лице патриархальной семьи, национального государства и церкви как института подавления сексуальности. -
"Прозаические" части "Гимнов к ночи" Новалиса: http://lib.ru/INOOLD/WORLD/nowalis.txt_with-big-pictures.html
-
Может создаться впечатление, что мышление порождает страдания, но это лишь обскурантистская уловка. Размышляя, можно сойти с ума, но безумие не способно сознавать своего положения, и потому если мысли заводят тебя в реальность бремени и боли, значит, ты на пороге голого мира, и понимания той юдоли плача, в которую загнала тебя авторитарная культура. Ироничный парадокс заключается в том, что мышление, будучи врагом сексуальности, является единственной надеждой на её освобождение.
-
Нет, хотя стратегия химической стимуляции мозга мне интересна и близка. В дальнейшем, я намерен экспериментировать с ноотропами, но на этапе того вызова, которым является моя нынешняя ресоциализация, подобные практики преждевременны. Нью-Йорк настолько интенсивный город, что приём любого стимулятора здесь кажется актом похищения полноты этой интенсивности у самого себя. Пусть приостынет новая реальность. Кроме того, непротезированное мышление в обстоятельствах Другого – тоже вызов и закаляющий эксперимент.
-
Я подозреваю, что моя бисексуальность могла бы выразиться только за пределами уголовного кодекса.
-
вместо секса молиться / рисовать каштан / работать
-
Loading...
Anatoli Ulyanov’s Bio
journalist, cyber-thinker, artist.
